Многоликий Павлов



Пресса, по мнению Владимира Павлова, то ли льстива, то ли экзальтированна: всех художников готова зачислить в гении. Но вопрос, как бы он сам отнесся к столь перфектной оценке своего творчества, парировал мастерски: "А это зависит от того, кто скажет... Не бывает, чтоб все - гении и ни одного дурака, ни одной посредственности. Иначе в чем тогда смысл гениальности?". Собственное определение гениальности? "Не знаюЄ, - простодушно заявил он и не стал морщить лоб, выдумывая концептуалистские, трансцендентальные приколы. Гений и профессионал, как бы подвел Владимир черту под спонтанно возникшим обсуждением и его явно не волнующим, - люди совершенно разные. "Работы художника должны быть профессиональными - этого достаточно. Оценивается уровень его профессионализма".

Нынешняя выставка павловских картин - первая персональная после 5-летнего перерыва. "Я просто очень медленно работаю. Даже жена подтрунивает: чего ты так долго возишься?". И еще одна причина редких авторизованных выходов на широкую публику: трудно сохранить и собрать работы, ставшие частным достоянием. Делать экспозицию из уже виденного он считает для себя зазорным. К тому же есть в Павлове какая-то бесинка: он хочет быть разнообразным, неутомительным, и потому публика, шедшая в Ригас вини на его абстракции, замерла от неожиданности. Пейзаж, натюрморт, портрет (без всяких условностей) - так обозначил выставку сам художник: "В жанре натюрморта и пейзажа я работаю всего лишь год. Элементы как бы присутствовали в прежних картинах, но вот как отдельный стиль - это дебют". На двадцатом-то году творчества!?. "А мне интересно делать то, чего не делают другие", - произносит он без бравады.

Павлов и живописью-то, по собственному признанию, занялся потому, что ему всегда хотелось иметь хорошие картины, а денег на их приобретение не было. Пришлось рисовать самому. Итог - двадцать лет участия в выставках, титул отца группы Свободное искусство, созданной в Риге в 88-м году, и картины, украшающие частные коллекции в США и Европе, 15 лет участия в неофициальных выставках, главная примета коих - чем больше ругали, тем больше рекламы. Дома у Владимира висят только собственные картины, но с шутливым постскрип-тумом: "Куда-то их девать надо!". Но если бы, говорит Павлов, он задумал провести ретроспективную выставку и представить 20 работ - по одной картине за каждый год, то сделать это было бы сложно: шести, по крайней мере, в личной коллекции нет.

Первая его картина, написанная маслом, сразу же попала на выставку. И вторая. "У меня нет эскизов, вариантов. Если я делаю работу, то сразу же довожу до конца. Если она не получается, то ее просто нет. Хотя я часто возвращаюсь к начатому. Вид Риги - пейзаж, представленный сейчас в Ригас вини, - начат в 89-м и закончен в 94-м. В этот промежуток времени Нotel de Rome успели построить, Макдональдс открыть, кресты на соборе установить... Этот вид уже многими забыт. Пейзаж Риги в таком стиле - моя единственная работа, ее еще не видели".

В коммерциализации искусства художник никакой крамолы не видит ("Жизнь-то ведь тоже существует!"), как и в том, чтоб писать под диктовку заказчика ("Почему бы нет? Я же профессиональный художник!). Понятие "модный художник" тоже спокойно воспринимает ("Каждый художник хочет быть признанным. Модный - синоним признания"). А если бы о Павлове сказали, будто он не моден - он на тонкого ценителя? "Это приятно! - улыбается он в свою богемную бороду. - Одни нравятся всем, другие немногим или избранным. По-моему, нет такого художника, который бы не нравился никому...". На многих представленных на его персональной выставке картинах глаз невольно отмечает детали, фрагменты, ассоциативно связанные с религиозно-церковными мотивами. "Я изначально в своих работах использовал фрагменты работ старых мастеров, а это, как правило, религиозная живопись, Когда-то у меня не принимали работы на выставки, упрекая в религиозной пропаганде. Я взвивался: "Какая пропаганда? А что в залах Эрмитажа тогда висит?".

Павлов говорит, что с радостью бы попутешествовал, чтобы в оригинале увидеть работы великих мастеров. Да, он понимает, что жизнь здесь провинциальна. И свободное время провинциала посвящает раздумьям ("Думать надо обязательно!"). Думать - это первое в его жизненном кредо, а второе - мечтать. И лучше не абстрактно, сказал художник, называющий себя "абстрактным художником, создающим картины из реальности".

Автор: Татьяна Ярославская, Диена

Добавить коментарий
Автор:
Комментарий:
Код проверки:
Captcha