Взрослые игры с куклами



Привычка наступать на грабли неистребима. Сколько шуму было вокруг закрытия ТЮЗа - страшно вспомнить. А потом потихонечку-полегонечку все стихло. Может, потому, что подросшие тюзовские зрители исправно посещают нынче и Дайлес, и Национальный театр, и Русскую драму? Только ведь им водить своих детей уже некуда. Нет детских драматических театров в стране. Остается кукольный. Надолго ли...

Клондайк на улице Кр.Барона.

Кукольный театр обосновался на ул. Кр.Барона в Риге в 45-м году, получив в свое распоряжение несколько стоящих рядышком зданий. Раньше там были магазинчики, кинотеатр "Модерн" и даже стоянка извозчиков. Потребовалось немало времени и денег, чтобы превратить эти разношерстные строения в один из лучших кукольных театров в Восточной Европе. О сцене, оборудованной с такими удобствами, о таких машинерии и свете, об уютных залах (большой - на 230 мест, малый - на 80) наши балтийские соседи только мечтают. Подойдите к кассам: несколько названий на афише (а всего в ней 30 спектаклей) непременно заклеены бумажечкой с надписью "Билеты проданы". Гастрольные поездки театра по миру триумфальны.

Вы думаете, это дорого обходится нашей казне? В 46 тыс. Ls дотации (в этом году - немного больше: надо было отремонтировать первый этаж и установить, в конце концов, автоматические двери, чтобы в театр могли приходить инвалиды). 20 тыс. Ls, как минимум, возвращается потом назад в виде налогов. Разделите остаток, 26 тысяч, на 70 работников театра - им же полагается зарплата, верно? - получим 374 Ls на каждого. В год. Добавьте коммунальные расходы: тепло, свет, вода, телефон. А еще в театре принято каждый год ставить новые спектакли. "Клондайк!" - восклицает после всех этих расчетов директор Донатс Доникс.

Но на финансовое положение при этом не жалуется. Ибо билеты нарасхват, и спонсоры щедры. 130 тысяч в год театр зарабатывает себе сам и умудряется не только выжить, но и выплачивать своим артистам премии и стипендии. Главная проблема не в деньгах. В здании. История та же, что и с ТЮЗом: объявились наследники.

Судебные страсти.

Процесс, выигранный в свое время Музыкальной академией, что стоит на той же улице Кр.Барона, творческую братию Латвии воодушевил. Ректор академии Юрис Карлсонс рассказывал, что к поздравлениям коллеги, не сговариваясь, добавляли: "Теперь мы знаем, что и культура может победить!" - У академии на руках были сильные козыри, - говорит г-н Доникс. - Во-первых, документы претендентов на здание были поданы позже срока. Во-вторых, наследники не смогли со стопроцентной точностью доказать, что являются прямыми потомками бывших владельцев. Наш случай иной. Тут все доказано. Можно ли упрекнуть людей, которые хотят реально владеть своей законной собственностью? Я бы, наверное, тоже не отступился просто так от здания, стоящего в самом центре города.

За семь лет, покуда длилась судебная тяжба, театр тщательно изучали 4 раза. Закон гласит: если здание до 1991 года было перестроено более чем на 65%, оно не подлежит денационализации, а наследникам выплачивается компенсация и предлагается равноценная земля в другом месте.

Первую экспертизу проводило Реставрационное бюро Министерства культуры. Там сочли, что здание театра перестроено более чем на 70%.

Затем была экспертиза Latvijas Bћvinњenieras Sabiedrїba. Здесь тоже признали: здание перестроено более чем на 70%, а местами - не только на 80, но и на все 100.

Вполне естественно, что наследники сделали ответный ход и пригласили собственного эксперта. И он - что тоже вполне естественно - доказал, что не перестроено вообще ничего. На суде выяснилось, что с выбором специалиста наследники были неосторожны: у него не было ни прав, ни лицензии для занятий такого рода деятельностью.

Суд назначает независимого эксперта - Латвийский Технический университет. Его сотрудники из-за занятости отказываются. Четвертым экспертом стал господин Даболиньш из Коммуналпроекта. Он тщательно изучает и исторические, и архитектурные нюансы и приходит к выводу: театр перестроен на 38% - В законе имеется такое интересное выражение, как субстанция здания, - рассказывает о судебных перипетиях г-н Доникс. - Что это такое, я пытался узнать у множества высоких чинов, вплоть до министра юстиции. Ответа нет. Теряются даже языковеды. Я могу сослаться на господина Мейеровица, который участвовал в реконструкции театра. Он говорит, что термин "субстанция" в архитектуре и строительстве вышел из употребления. По мнению же господина Даболиньша, субстанция - это 4 основных элемента здания: фундамент, стены, панели перекрытия и крыша. Все остальное - более полумиллиона вложенных латов - он во внимание не принял. "Есть ли у вас методические материалы, по которым вы делали экспертизу?"- спрашивают у него в суде. "Нет". - "Вы считаете свою позицию субъективной или объективной?" - "И субъективной, и объективной" - "Опровергаете ли вы две предыдущие экспертизы, утверждающие, что здание перестроено более чем на 70%?" - "Нет, не опровергаю".

И суд принимает такое решение: возобновить права собственности на все здания, находящиеся по адресу: ул. Кр.Барона, 16/18, владельцам, и решение последней экспертизы признать законным.

Мы подали апелляцию в Верховный суд.

Продолжение следует.

Что будет дальше - непонятно. Но директор театра полон не то чтобы оптимизма... скорее отчаянной решимости - Не хочу даже говорить о том, каковы у театра шансы сохранить здание. У меня есть однозначный ответ. Я сказал рабочему коллективу и буду говорить всем: театр - мой корабль, и я считаю себя капитаном. Да пускай рушится все - я отсюда не уйду. Пусть выводят, выносят. Но по своей воле - никогда.

Но не могу не сказать, насколько я разочарован позицией правительства. За семь лет государство так и не смогло выразить своего отношения к нашему театру. Министерство культуры делает, что может, но много ли оно решает? Вот Карина Петерсоне, наш министр, наша мать, наша глава, сказала недавно, что даже в случае неблагоприятного исхода не останется театр без крыши. Но перемещение театра равноценно его ликвидации, мы это уже видели на примере ТЮЗа...

В Комиссии Сейма по делам культуры и искусства посоветовали: склоните на свою сторону общественное мнение. Но у нас ведь судебный процесс идет! Так что - общественное мнение весомей, чем буква закона?!

И еще я все думаю: а будут ли государственные мужи, поддерживающие нас сейчас, отвечать за свои слова и после выборов? Или сразу после 26 марта все забудется?

Автор: Маша НАСАРДИНОВА, Людмила ШЕСТАКОВА, Республика, Республика

Добавить коментарий
Автор:
Комментарий:
Код проверки:
Captcha